Дневник Олега Федотова

воспринимайте как хотите, но если выбросить лозунги, истерическим историзм ... Остается как "Пьяный корабль" Как Бажан. Как Confutatis Формана. Если он это имел в виду, а именно
  Павло Тычина. "Похороны ДРУГА" (v2.0)

  с Багряного в СИЗО-фиалковый.

  и остановился ... Синий, оркестровый

  долинув плач ко мне. Плакал он,

  то приходился зеленым до елей,

  что сверху червонилы при дороге

  то глухо где одлунював в саду.

  И от эха в воздухе оддавало,

  словно, на тон НЕ строючись в негодность,

  там тысячи оркестров вместе играл,

  мишаючы мотивы ...

  Все меняется, обновляется, рвется,

  в ранах кровью сходит, стесненного в грудь бьет,

  замулюеться илом, прахом берется,
  земли сырой всего себя передает.

  Над кем те трубы плакали?

  Чего тарелки дзвякалы?
  кто век свой одробив?

  ... Потухав багровый цвет.

  светилась облако. Мутно мир стоял --

  словно он был просвичений с рентгена ...

  И я сорвался и побежал!

  Такой,

  такой же вечер был поэтому и два года,

  как с другом я прощался. Лошадь баски

  подаленив тогда и скрылся ... И друг

  круг него по колено поднялась ...

  Меня эта смерть учит! Утром я

  о тебе, Ярославе, милый друг,

  гроб заколихалась ... Очень, очень

  хотел бы я тебя - хотя бы в гробу,

  хоть мертвого увидит! ..
  Все меняется, обновляется, рвется ...

  ... И хитався

  передо мной катафалк, словно во сне.

  Процессию догнавшы, я вглядався

  в Гроб закрыт, хотя и хорошо знал,

  без меня ... там ... далеко! И заридав

  оркестр опять.

  Все меняется, обновляется, рвется,

  все внедряемые в мире формы переходит.

  И неудивительно! Сурми играют,

  идут в процессии, а я

  смотрю, как свекольная течение

  исчез на западе ... И не интересуюсь --

  Над кем эти трубы плакали?

  Чего тарелки дзвякалы?
  кто век свой одробив?

  Да кто же - разве нужно здесь вопросам?

  всех нас задело ... Грустно играют

  в оркестре, - а мне кажется: плач

  это с ... Сурми пусть рыдайте!

  и матери, идущих за гроба тоскуют

  ... Языков на лапах волк --

  на западе ощирилася Туча.

  Упали сумеркы. Оркестр умолк,

  и стало тихо ... Повезли он

  белье в госпиталь на санях. Дети

  с собакой пробежала. В хриплый тон

  завод загув и стих. Приняло темнеть.

  И город на глазах минилось.

  ром.

  вперед проминчик ... Сум меня налиг --

  и реквием душа пела хором.

  Все меняется, обновляется, рвется,

  в ранах кровью сходит, стесненного в грудь бьет,

  замулюеться илом, прахом берется,

  земли сырой всего себя передает.

  Все внедряемые в мире формы переходит,

  находится в тьме - и на солнце, как в раю.

  Из края в край человек миром Переброды,

  чтобы целую вечность вновь одлежувать свою.

  И каждый день, и кожную ясную час

  розторгуеться и закрывается земля.

  И перемалывает она в зубах человека,

  как випадковая из хаоса змея.

  Да нет, жизнь держит строгую последовательность,

  и что кажется хаосом - есть тонкий лад.

  одсвичуе тебе от всех ее Свичадо.

  И сама земля - не змея, а родная мать,

  которая тебя всякчас и носит, и смотрите ...

  Законов борьбы никому не сломать,

  законы материнства НЕ сменит.

  Все меняется, обновляется, рвется.

  Все меняется, вилиплюеться, сминается,

  Все подводится, встает, растет и смеется,

  и мертвому тебе - живых нас не убить.

  ... Оркестр заиграл. В заулочок какой

  и блиснулы огне зелени ... Ввись

  в вышина - и передвигаться стали ...

  Обапол, словно кисти знамен,

  обрывки глици ...

  Все меняется, обновляется, рвется,

  в ранах кровью сходит, стесненного в грудь бьет,

  замулюеться илом, прахом берется,
  а потом снова зеленым из-под земли встает.

  А! И вот уже

  и кладбище. Остановило лошадей. Нежно

  приняли гроб на руки. (Языков драже --

  скатилась с крышки). Взял и я

  гроб пиддержувать плечом. Несли мы,

  спишило) - кто из Веревки тяжелыми,

  кто из заместителей. И каждый угрузав

  в снегу, - как грузлы и мы. Все же темноте

  пришли мы как-то между крестами. Принимал

  мороз на ночь. Мы с ношею святой

  добрались до ямы и, сняв с плечи

  гроб, поставили ее на глину,

  что ед краев была.

  - гроб одкрийте! .. Сынок, дай ручку!

  О, которая сделала вам моя детка?

  ... И вторая вслед зайшлась - и не плачем,

  а реготом рыдание: - Ой проснися,

  Степаночку, проснись!)

  жена и мать. В мраке ночном

  стояли мы как тени. Молчаливый

  мороз нам душу пропикав!)

  ... как вихрь всех крылом своим затронули.

  И плач, и крик, и стон! .. И тяжелое

  нечто поплыли в землю ... И ковтнула

  его могила. И сипать начали

  на него грудью. И глухо стугонила

  гроб. И крики смешанные были

  с рыдании оркестра. Лишь яснила

  в небе звезда ...

  А трубы грустно плакали.

  Тарелки звонки дзвякалы.
  ты славно возраст свой одробив.

  ... Не знаю: как и с кем я возвращался.

  Фосфором блискотила вся земля ...

  Все меняется, обновляется, рвется,

  в ранах кровью сходит, стесненного в грудь бьет,

  замулюеться илом, прахом берется,
  а потом снова зеленым из-под земли встает.

  в снега торчала еще моя лопата.

  была темнотна тишина. Лишь вверху

  блестели звезда ...

  на твердую постель бросился, чтобы заснуть.

  ... И катафалк ув глазах колихавсь, --

  Все подводится, встает, растет и смеется.

  Все внедряемые в мире формы переходит.
  и мертвому тебе - живых нас не убить.

  И будто уже Степан встал и ходит,

  и Ярослав с ним. Весна! Лазурь!

  певучим жайворон. И молодое

  летит сюда. И тот, кто их ведет,

  И будто все, напившися воды,

  и Степана мать, опять свои ряды

  зимкнулы и полетели в бой. И слава

  их сопроводили - вверху, наверху ...

  пробудился я. Ой темно же! Ночь. В старые,

  рука сухого сниговия. Снег

  по шибци шарудив ... О что это? Где я?

  И вдруг все вспомнил. И уже не мог

  склепиты ресниц.

  И стало видно все, как на ладони.

  Чего ты стал, анафема, на пути?

  издевательств твоих? Ты же мертвый в жизни!

  Ты же мертвый!

  И жуткой в темноте,

  буран завил, как сирена ...

  Послушав минуту, снова я лег.

  И так захотелось до Днепра-Славуты!

  Зашарудив по шибци снег ...

  как трубы там где-то плакали,

  тарелки тихо дзвякалы,
  одробив ...

• Носовая часть
  
• Материнская база
  
• Сводная бригада
  
• Бортовый номер
  
• Рейс Киев-Жуляны
  
• Рычаги управления
  
• Расписание поездов
  
• Выдающийся бандит
  
• Туристическая информация
  
• Бесплатная карта
  
• Городская ратуша
  
• Хорошая каменица
  
• Железнодорожный мост
  
• Город поезда